Узнайте больше о том, как живут люди с синдромом Дауна и о том, как мы поддерживаем их

ПОДПИСАТЬСЯ!

Больше не показывать
СДЕЛАТЬ ПОЖЕРТВОВАНИЕ
В ПОЛЬЗУ БЛАГОТВОРИТЕЛЬНОГО ФОНДА «СИНДРОМ ЛЮБВИ»


ЕЖЕМЕСЯЧНОЕ
РАЗОВОЕ
Банковской картой
Apple/Google Pay

100
500
2000
другая сумма
принимаю условия оферты
ПОМОЧЬ!

поддержать

23 декабря 2020

Екатерина Грачева и ее приют
Часть 2: «Надо разбудить их спящий мозг»

Санкт-Петербург, 1896 год. Приют Екатерины Грачевой, вопреки всем сложностям, продолжает расти и развиваться. Для живущих в нем ребят оказываются возможны не только любовь и забота, но и учение, и радость

Подготовила Юлия ПУЗЫРЕЙ

Один из основоположников олигофренопедагогики, французский врач и педагог Эдуард Сеген сравнивал воспитание умственно отсталого ребенка с обучением речи глухонемого, ибо он представляет собой существо, которое «ничего не знает, ничего не может, ничего не желает». Всей своей деятельностью Грачева доказала, что процесс воспитания детей с глубокой умственной отсталостью должен быть нацелен на преодоление их изолированности от других детей и от общества. Она отстаивала принцип человечного отношения к людям с особенностями развития. Ее воспитанников посещали знаменитые ученые: В. М. Бехтерев, А. Ф. Остроградский, В. П. Осипов, Э. А. Гизе, В. В. Клименко, А. Ф. Лазурский и др., — и все они поражались самоотверженной подвижнической работе Грачевой по воспитанию тех, у которых, казалось, не осталось никакого шанса на спасение.

Е. К. Грачева принимала в свой приют еще более сложных больных, даже тех, кто не умел самостоятельно пить и есть. Впервые в нашей стране она взялась воспитывать слепоглухонемую девочку, разработав особую методику психолого­педагогической работы с таким ребенком. Осознавая глубину страдания депривированных умственно отсталых детей, Грачева ощущала в себе призвание помогать этим несчастным. Екатерина Константиновна лично участвовала во всем, что касалось процесса воспитания в ее приюте: играла с детьми, кормила, выводила на прогулку и, что самое важное, оставалась с ними одна на всю ночь, когда все их страхи и недуги усиливались. С любовью и добротой Грачева описывает эпизоды жизни учреждения, подопечных которого она считала своими детьми, а они ее звали тетей Катей (а по ночам — мамой). Она писала: «Я так счастлива, что иного счастья мне не надо: детки мои, милые детки около меня». Спасенные жили у нее как в семье, она старательно избегала атмосферы казенного приюта.

Ей помогали благотворители; на открытие приюта они привезли подарки: сладости, куски ситца и бумазеи на белье, игрушки. Грачева устроила детям на Рождество елку, сожалея, что ее воспитанники не могут клеить и вырезать игрушки для нее, — ведь это такое веселое занятие! По воспоминаниям Екатерины Константиновны, в праздничный день детей переодели в новые красные платья и белые передники (в будни они носили темно­синие), чтобы создать особую атмосферу. На утренник в приют пригласили детей из бедных семей, однако здоровые дети боялись больных и, получив в подарок игрушку и сладкое, торопились уйти...

Летом воспитанники Грачевой целые дни проводили в саду. Они окрепли, стали более послушными. Екатерина Константиновна решила начать регулярные занятия. Она купила книги, тетради, картинки, развивающие игры, карандаши. Покупки красиво разложили и позвали детей. Увидев так много «подарков» («точно елка», сказала няня), они вначале остановились, заулыбались. Потом, правда, все перерыли, карандаши уронили, картинки от лото и кубиков перепутали, так что пришлось спешно всё убрать.

Полностью исключив применение всяких насильственных мер к больным детям, Екатерина Константиновна вместе с воспитательницами­единомышленницами ласковым, гуманным отношением к своим подопечным добилась выдающихся результатов в педагогической и психотерапевтической деятельности. Ее дети носили чистую и опрятную одежду, соблюдали четкий режим, проживали в красивых помещениях. Грачева старалась понять причину раздражения или недовольства ребенка, а не видеть в этом только патологию или капризы. Поразительно: эта подвижница так любила своих больных подопечных, как иным родителям не удается любить здоровых детей.

Порой Екатерина Константиновна нанимала коляску и ехала с детьми кататься. Каждый ребенок по­своему выражал радость. Все обращали на них внимание, но Грачева надеялась, что обилие новых впечатлений благотворно скажется на состоянии детей: «Надо разбудить их спящий мозг». В помещении приюта дети часто сидели, ничего не делая, ничем не интересуясь, а во время катания все они смеялись, на что­то показывали, болтали, особенно им нравился звонок конки. Когда ей твердили о напрасной трате денег на эти прогулки, она парировала: люди ходят в театр, покупают наряды, почему же она не может себе доставить удовольствие? Ведь радость детей — это ее радость.

В 1897 году архимандрит Игнатий (Малышев), выкупивший в свое время у Грачевых дом и благословивший Екатерину Грачеву в память об исцелении брата помогать больным детям, перед смертью завещал весь дом приюту. Увеличились пожертвования, выросло число воспитанников. Но проблема организации занятий по­прежнему казалась неразрешимой, ибо никто не знал, как обучать таких детей. На своем опыте Грачева убедилась: «Всё то, что продается в изящных коробочках, красиво разложенное, не годится моим деткам: материала мало, рисунки слишком трудны». Как никто другой знавшая своих подопечных, она сама стала разрабатывать занятия и пособия для воспитанников.

Колоссальные усилия подвижницы оказались не напрасными. Ее труд высоко оценил посетивший приют известный сурдопедагог А. Ф. Остроградский. «Он заинтересовался моими занятиями, особенно книгой с картинками, которую я сделала для Кати, — записывает Грачева в дневнике. — Александр Федорович дал мне прекрасную мысль завести записи об успехах детей. Кто, что, во сколько времени выучит? Когда, какое слово или звук в первый раз правильно произнесет?»

В мае 1898 года в присутствии городских учителей и членов Общества помощи бедным и больным детям Е. К. Грачева представила достижения своих воспитанников. Дети не боялись, просили «еще спросить», охотно показывали свои работы и тетради. Казалось, их успехи невелики: лучшая ученица пишет и читает легкие слова по складам, счет освоила в пределах десятка, многие считают только до пяти… Но какой колоссальный ежедневный труд потребовался, чтобы этому их научить!

После «экзамена» детей ожидало угощение, а гостей — чаепитие, во время которого одна учительница высказала мысль об открытии «школы для отстающих и припадочных детей», горячо поддержанную многими. Ведь первых исключают, а вторых не принимают в школы. Двое возражали: такую школу открыть нельзя, в ней не будет учеников: «Кто захочет поместить своего ученика в школу дураков?»

Но уже через 2 месяца школа была открыта! Дети гордились, что участвовали в ее устройстве, — ведь их работы продавались на лотерее, а деньги пошли на обустройство класса. Была приглашена опытная учительница. А Екатерина Константиновна с энтузиазмом занялась занятиями с младшей группой. Дети полюбили школу, а после Рождества пришли матери троих здоровых, но бедных детей — просить, чтобы их приняли в эту школу.

Приобщая детей к чтению, развивая их речь, воображение, память, мышление, Е. К. Грачева заложила основы руководства чтением ребенка с ограниченными интеллектуальными возможностями. В открытой ею школе чтение занимало одно из важнейших мест в процессе воспитания детей­олигофренов, поэтому важной целью стала организация библиотеки при школе и приюте. На основе методологического принципа неделимости развивающих, профилактических и коррекционных задач Грачева разработала особую концепцию коррекционно­воспитательной деятельности. В трех классах школы за 9 лет, с 1898 по 1907 год, обучалось 134 ребенка. Здесь они проходили в адаптированном виде предметы обычной школьной программы: письмо, чтение, арифметику, Закон Божий, пение, рисование, жизнь растений, естествознание, а также обучение ремеслам.

В 1899 году приют занял весь дом на Белозерской, здесь были открыты специальные отделения для глубоко умственно отсталых: для малолетних, для «поддающихся развитию эпилептиков и идиотов», а также для «агрессивных идиотов». В том же году приюту пожертвовали дачу в Полюстрове, и на лето 1900 года 20 детей перевезли на дачу. Из экономии дважды в неделю Е. К. Грачева сама привозила туда чистое белье и отвозила в город грязное. Ее упрекали: прилично ли начальнице грязное белье возить? Она парировала: никакой труд не может быть унизителен.

В 1900 году с целью основания в России приютов «для умственно отсталых, идиотов, эпилептиков и инвалидов» по почину Е. К. Грачевой было создано благотворительное общество «Братство во имя Царицы Небесной» во главе с графиней О. Д. Апраксиной. Отовсюду стали приходить прошения о приеме больных детей. При приюте открыли курсы для сестер­нянь, где лекции читали не только врачи, но и сама Екатерина Константиновна. Вышла ее брошюра «Беседы с сестрами­нянями о воспитании и развитии детей­идиотов и эпилептиков» (1902), в которой Грачева давала анамнез больных детей до помещения их в приют.

В сентябре 1902 года построено и освящено новое здание приюта. На первом этаже находилось «слабое отделение для полных идиотов и для беспокойных», на втором — канцелярия и Фребелевское отделение (Фребелевское общество — объединение педагогов, поддерживающих идеи Фридриха Фрёбеля, создателя детских дошкольных учреждений). На третьем — школа и ремесленное отделение, на четвертом — столовая для сестер и их спальни. На всех лестницах установили предохранительные сетки. Была своя баня, души с холодной, теплой и горячей водой для водолечения. В бельевой и гладильне старших девочек приучали к полезному труду. Екатерина Константиновна, глядя на новый дом, и радуется, и беспокоится: «Все предусмотрено, все сделано, чтобы детям хорошо в нем жилось, но где я найду много добрых людей, которые будут любить и жалеть моих несчастных деток? Так хорошо жилось в первых двух­трех комнатах в маленьком деревянном доме. Там была родная семья, здесь будет большой приют­больница».

Один московский доктор, ездивший за границу осматривать детские учреждения для эпилептиков, заметил, что нигде в заграничных приютах он не видел таких веселых детей, как в приюте Грачевой. Она записала в дневнике: «Это лучшая похвала, которую я слышала за время моей работы. Отныне я ставлю мерилом моей работы НАСТРОЕНИЕ ДЕТЕЙ. Они веселые, довольные — все хорошо. Если раздражены — надо узнать причину и немедленно изменить то, что их раздражает».

В 1903 году Грачева сумела организовать при приюте амбулаторию для бесплатного лечения и обследования больных детей перед помещением их в приют. В амбулатории активно работали врачи В. М. Бехтерев и А. С. Грибоедов.

Чтобы приучать детей к огородным работам, в июне 1903 года Е. К. Грачева открыла сельскохозяйственную школу на 50 детей в Райволо (ныне поселок Рощино на Карельском перешейке). Некая благотворительница пожертвовала 5 десятин земли и 40 тысяч рублей для устройства приюта в Москве, его открыли в 1905 году. Здесь с детьми работали сурдопедагог Ф. А. Рау и психиатр В. А. Гиляровский, они обучали сестер. В 1907 году состоялся первый выпуск сестер в Москве.

В работе «Руководство по воспитанию отсталых детей и идиотов» (1907) Е. К. Грачева утверждала, что общество должно принимать участие в воспитании умственно отсталых детей, поскольку таким образом оно оберегает и себя от большего зла, естественно причиняемого ему «оставленными без должного призора и одичалыми умственно дефективными элементами». Е. К. Грачева одна из первых в нашей стране столь многопланово занималась воспитанием и обучением детей с глубокой умственной отсталостью и продемонстрировала пример человечного отношения к этим детям. Не видя разницы в целях и ценностях воспитания больных и здоровых детей, Грачева отстаивала принципы гуманизма: надо развивать позитивные тенденции ребенка и сглаживать негативные, заботиться, чтобы в учреждении ему жилось хорошо и чтобы он смотрел на него как на родной дом, воспитывать из ребенка трудоспособного и полезного члена общества.

В 1910 году, отправившись в Мариинский приют на ст. Удельной, Грачева организовала там обучение и гимнастические занятия для детей. Воспитанники стали работать на огороде, ухаживали за птицей и домашними животными.

После 1917 года Екатерина Константиновна продолжала работать в бывшем Мариинском приюте, который сначала назывался Мариинской вспомогательной школой, а затем был объединен с бывшим Эммануиловским приютом и стал детдомом № 54. Она скончалась в 1934 году, место ее захоронения неизвестно.

Текст подготовлен на основе материала
Е.А.Князева «Служение больным детям: Екатерина Грачева»,
опубликованного в журнале «Синдром Дауна. XXI век» (№ 2 (21), 2018)